Они бросили якорь на глубине десяти саженей недалеко от начинающегося кораллового рифа, и Фидель Барби доставил их на моторной шлюпке через узкий проход в кольце атолла - остров Чагрин оказался типичным коралловым атоллом. Это было примерно двадцать акров песка, обломков кораллов и низеньких кустарников, окруженных ожерельем барьерного рифа, о который с шипением разбивались ленивые длинные волны прибоя. Их высадка встревожила тучи птиц, испуганно шумно взлетевших при приближении шлюпки, - крачек, тупиков, фрегатов, - но почти тотчас птицы и опустились. Чувствовался сильный аммиачный запах гуано, кусты были сплошь покрыты белым птичьим пометом. Кроме птиц, островное население представляли сухопутные крабы, живущие на песке, копошащиеся в кучах сухих водорослей.
Ослепительный блеск солнца, отражающегося от белого песка, резал глаза. На острове не было совершенно никакой тени. Мистер Крэст приказал разбить палатку и сидел там, куря сигару, пока на берег перевозили различное снаряжение. Миссис Крэст немного поплавала и принялась собирать ракушки, а Бонд и Фидель Барби надели маски и поплыли в противоположные стороны, огибая остров и прочесывая прибрежные воды.
Когда ищешь какую-то отдельную разновидность живого мира - раковину, или рыбу, или водоросль - необходимо полностью сконцентрироваться на одном единственном образе, исключив все остальные. Поразительное разнообразие цвета и движения, бесконечно меняющиеся цвета и тени всячески стараются нарушить, рассеять вашу концентрацию, отвлечь внимание. Медленно двигая ногами в ластах, Бонд пробирался через сказочный мир кораллового рифа, ища одну лишь рыбку - шестидюймовую розовую с черными поперечными полосками и большими синими глазами - вторую такую рыбку, когда-либо виденную человеком.